Дом Гоголя превратили в шахматную игру

Дом Гоголя превратили в шахматную игру

Кажется, повсеместное введение QR-кодов в музеях решили отложить, как и подобные ограничения на верандах кафе и ресторанов. А значит, самое время смотреть новые выставки. Например, хитроумную премьеру в Новом крыле Дома Гоголя, где открылась не просто выставка, на настоящая игра-бродилка. На проекте «Горизонталь превращения» легко почувствовать себя шахматной фигурой. По арт-пространству нужно путешествовать с помощью карты в виде шахматной доски, и каждый следующий ход приближает тебя к тому, чтобы превратиться из пешки в ферзя. В финале вас ждет решающая партия в стиле Йоко Оно и Джона Ленона, где белые играют против белых. Причем, все фигуры сделаны в форме кубиков, которые звучат по-своему.

Дом Гоголя превратили в шахматную игру

Превращение в шахматную фигуру происходит, как только вы вступаете в первый зал. Вы становитесь пешкой и ходите а2-а4 по самому краю доски – нестандартное начало. Пол этого белого зала-поля устлан квадратиками из темной и светлой фанеры. Черные поля шахматной доски заполнены ироничными и абсурдными рисунками Игната Данильцева. В одном рассыпается на кусочки пазл. В другом изображен магнитный ключ для деревянного замкА, нарисованного в виде зАмка (художник играет еще и в слова). Еще одна картинка показывает код, по которому можно восстановить все человечество и Землю. Во многих рисунках встречается странный предмет, который обнаруживается и в следующем зале – под стеклянной витриной. Зал с черными стенами погружен во тьму, в отличии от первого, светлого. Позолоченный артефакт – загадка без отгадки. Отсюда прыгаем в следующее поле – а1-d4. В этом белом зале на полу обнаруживается больничная плитка в квадратик, на которой изображены ноги в синих бахилах. Только одна пара в тапочках. Эту работу сделала Дарья Яроменок. Она, как и многие из художников, участвующих в выставке, рефрексирует на актуальную тему сего дня – пандемию.

   Собственно, проект «Горизонталь превращения» родился в дни изоляции. А шахматная игра – метафора ситуации локдауна, когда можно куда-то ходить только по строгим правилам. Год назад наши квартиры превратились в клетки – словно в шахматной игре, только очень абсурдной, почти не поддающейся логике. Поэтому и выставка-игра построена на гране абсурда. Тем временем, мы делаем следующий ход и попадаем на черное поле. Здесь еще одна керамическая инсталляция на полу из квадратиков, некоторые из которых включают фрагменты автора работы «Гамбит» Анастасии Литвиновой. Это ее рентгеновские снимки. В углу темного зала серия скульптур с гротескным названием «Город-сад» Саши Новоселовой. Перед нами пятиэтажные хрущевки без намека на зелень и природу – ящейки, где мы провели месяцы на изоляции. В этом же зале-поле висит гобелен Марии Арент, на которым вышиты разные сюжеты, связанные с богатой историей семьи ее творческой династии. Среди предков художницы – врач Николай Федорович Арендт (1785–1859), который навещал раненого Пушкина и пытался его спасти. Или еще один знаменитый доктор – Андрей Федорович Арендт (1795–1862), который большую часть жизни провел в Симферополе, вместе со своим другом Николаем Пироговым участвовал в Крымской войне. Генетика – в каком-то смысле тоже шахматная игра, в которой можно унаследовать той или иной ген, чтобы сделать свой ход в жизни. 

Дом Гоголя превратили в шахматную игру

  Из черного поля снова попадаем на белое – h2-h4. Здесь странные, почти тотемные скульптуры, Михаила Молочникова вступают в диалог с виртуальной работой Платона Инфанте, где разноцветные квадратики меняют форму и свет. Напротив них шахматная доска со своими бытовыми фигурами от художника Георгия Кизевальтера. На доске восемь ферзей – в виде тапка, утюга, чайника или кастрюли. Наша задача расставить фигуры так, чтобы они друг друга не съели, что очень непросто, однако существует 64 варианта правильного решения, подсказывает куратор проекта Алиса Шаврина. 

 В финале шахматной партии со своей, не поддающейся анализу, логикой вы  превращаетесь в ферзя. Вы оказываетесь в гостиной, где можно сесть за стол и сыграть белыми против белых. Причем, все фигуры одной формы – в виде кубиков. Угадывать, что за фигура у вас в руках, нужно по звукам и весу. Черные фигуры тяжелей, белые – легче. Трясем кубик и понимаем, что там шайба, значит, это черный стол. Трясем другой, и он глухо отзывается шелестом пергаментной бумаги, – это белая ладья. Трясем следующий, а там звонко звучит бубенчик, – это белый ферзь. Вокруг на стенах можно увидеть фотографии известных художников, которые делали подобные абсурдные эксперименты с самой логической игрой, придуманной человечеством. Среди них – Марсель Дюшан, Ман Рэй, Йоко Оно и Джон Ленон, которые тоже играют только белыми фигурами по своим правилам (Йоко придумала их в 1966-м году). Словом, в Новом крыле Гоголя можно поставить самому себе невозможный шах и мат или придумать личный гамбит. Такая игра пришлась бы по вкусу писателю, в чьем доме затеяна арт-партия.

Источник: mk.ru